CRE Россия #20 (218) 16.10.2013 Интервью

Олег Гончаров: «Культура и искусство – катализаторы изменения среды и развития территорий»

Центр территориальных инициатив «Архполис» был основан в 2011 году предпринимателем Максимом Ноготковым, основателем «Связного». Изначальной задачей центра были создание и поддержка творческих проектов для территории деревни Никола-Ленивец. Сегодня «Архполис» совмещает в своей работе несколько профессиональных ипостасей: девелопера, урбаниста, креативного продюсера, GR-эксперта, преподавателя. О том, что такое проекты устойчивого территориального развития, как можно их монетизировать и в каком случае в этих проектах возможен механизм ГЧП, мы поговорили с Олегом Гончаровым, директором «Архполиса».

– Олег, когда я готовилась к нашей беседе, мне попалось на глаза интервью с основателем «Архполиса» Максимом Ноготковым. У текста был недвусмысленный заголовок: «Я там только закапываю деньги». Из самого текста сложилось ощущение, что пока проекты устойчивого территориального развития – дорогая креативная игрушка для тех, у кого есть деньги, но не бизнес-проект, позволяющий монетизировать востребованные концепции развития территорий. Переубедите?

– В самом начале проект был действительно чистым увлечением. Максим Ноготков приобрел 600 га вокруг деревни Никола-Ленивец: на этой территории проходил фестиваль, который Максим поддерживал финансово, и когда земля была выставлена собственником на продажу, он ее купил, чтобы фестиваль продолжил свое существование. Но территория фестиваля – это только 140 га. Через какое-то время возник логичный вопрос, что делать с землей. Родилась идея арт-резиденций, захотелось сделать пространство для жизни и творчества, чтобы там был не только фестиваль, но и творческая жизнь в течение всего года. С этого момента в проекте появилась команда. Я был приглашен в «Архполис» как человек, имеющий опыт реализации дизайн-завода «Флакон» в Москве.
Сейчас проект, с одной стороны, некоммерческий – в том смысле, что все заработанное мы инвестируем обратно в его развитие. С другой стороны, это проект с самостоятельной бизнес-моделью, с горизонтом планирования в четыре–пять лет, с бизнес-моделью, которая перестает требовать вливаний и начинает приносить доход.

– Расскажите о вашем ключевом проекте – туристско-рекреационном кластере «Никола-Ленивец». Насколько я знаю, он реализуется по схеме ГЧП, которая в России, мягко говоря, не распространена. Как это происходит? Насколько велико участие государства в этом ТРК?

– Сначала немного о проекте. «Никола-Ленивец» – не деревня, не поселение и не парк… Это то, что вбирает в себя данные понятия, но не ограничивается ими. В целом «Никола-Ленивец» – это платформа для жизни и творчества, для создания креативных проектов, для нового образа жизни между городом и деревней. Проект включает в себя туристическую и образовательную инфраструктуру, мастерские, творческие резиденции, арт-парк, маршруты экскурсий, площадки для фестивалей, производственные мастерские. Проект расположен на территории Калужской области, в экологически чистой зоне национального парка «Угра» и смежных территорий. В настоящее время на территории «Николы-Ленивца» помимо прочего проходят три ежегодных фестиваля современного искусства, включая фестиваль «Архстояние», который впервые прошел в 2006 году.
По поводу ГЧП: у нас есть договоренность с администрацией Калужской области о совместном развитии этого проекта, в рамках которого область обеспечивает территорию внешними сетями (электричество и газ), реконструирует 30 км подъездной дороги. Проект участвует в нескольких федеральных программах, например, по туризму. Таким образом, в общей сложности из федерального и регионального бюджетов мы получили 303 млн рублей на обеспечивающую внешнюю инфраструктуру. Реконструкция дороги идет сверх этого бюджета. Сейчас мы готовим заявки на участие в программах по устойчивому развитию сельских территорий, сельскому хозяйству и культуре.

– Если проект участвует в программе по туризму, значит, вы будете помимо всего прочего строить и гостиницы?

– Да, будем, но не в традиционном смысле. Мы приобрели бывшие коровники, располагающиеся неподалеку, и планируем адаптировать их под средства размещения по проекту Евгения Асса. Гостиницы, как и все проекты на территории, будут выполнены в соответствии с принципами современной архитектуры и искусства. Каждый объект для нас – определенный элемент арта. Но сейчас мы добавляем в арт-объекты определенную функцию, чего до недавних пор в «Николе-Ленивце» не было. На самом деле это очень тонкая работа, ведь в России сегодня в принципе только начинает происходить что-то интересное в архитектуре, тем более в архитектуре функциональной, долгосрочной. Построить функциональный арт-проект, который будет работать годами, да еще и зарабатывать деньги – интересная задача.

– Кто будет финансировать этот функциональный арт?

– Мы будем финансировать его сами, в том числе с участием банков.

– То есть вы в данном случае выступаете как полноценный девелопер, привлекающий заемный капитал?

– Да.

– Как банки отнеслись к вашему стартапу? Обычно они финансируют очень традиционные, понятные проекты.

– Я буду говорить, как есть. Мы не общались с большим количеством банков – нам только предстоит это сделать. Но мы провели переговоры с Газпромбанком, и он выразил интерес, в том числе потому, что выходит на рынок туристско-рекреационных кластеров. Кроме того, Газпромбанк подписал соглашение с Калужской областью о совместном развитии туризма, и мы хорошо вписываемся в эту программу. Соответственно, сейчас мы готовим пакет документов для банка по гостиничной инфраструктуре.

– По-видимому, у вас хороший GR, учитывая, что получить деньги/поддержку от государства – не самая простая задача…

Идеологических договоренностей с администрацией Калужской области мы достигли достаточно быстро – это произошло буквально за полчаса разговора. Мы пришли на встречу, рассказали, кто мы, что нам нужно, зачем нужен наш проект Калужской области. В итоге соглашение было достигнуто, а дальше была полуторагодовалая работа по претворению этих договоренностей в жизнь. У нас сильный GR по системному исполнению соглашений, но GR в плане лоббизма интересов в органах власти – такого у нас нет. Мои коллеги просто установили хорошие профессиональные отношения с администрацией Калужской области, выстроили партнерские отношения с Ростуризмом в части подготовки всей необходимой документации для проекта, проведения экспертизы, оценки, расчетов и т. д. Конечно, это тяжелая длительная работа, но она носит в большей степени коммуникационный и технический характер. К слову сказать, в работе с властью многим не хватает именно техничности, системности. Власть сама не всегда инициирует деловые контакты, не ведет их, все это задача инициатора проекта.
У нас мультидисциплинарная команда, которая обладает компетенциями от создания проектов современного искусства до генерального планирования и строительства, от проведения современных фестивалей до развития нового фермерского хозяйства. Это и Алекс Столярик (образование), и Юлия Бычкова (фестиваль «Архстояние»), и Сергей Георгиевский (GR) и Александр Курников (девелопмент), и еще 40 человек. К сожалению, не могу здесь всех перечислить – не хватит места.

– Каковы сроки окупаемости проекта «Никола-Ленивец»? Когда вы планируете начать получать прибыль?

– Финансирование проекта имеет две составляющие. Есть инвестиции владельца территории, который не ждет их возврата в полном объеме. И есть экономика проекта, состоящая из нескольких стадий с горизонтом планирования до 2018 года. Очевидно, что в проекте есть более понятные с точки зрения окупаемости форматы, как, например, гостиница. И менее понятные, например, ландшафты. Проект «Никола-Ленивец» состоит из двух этапов реализации. Первый этап, в который входит развитие туристической инфраструктуры, выходит на самоокупаемость через три года, второй этап, создание культурного образовательного центра и мастерских, выходит на окупаемость через пять лет. Но в целом развитие территории в 600 га – это колоссальные деньги. Поэтому мы сейчас заняты привлечением партнеров в проект.

– За счет каких опций планируется монетизировать проект, кроме гостиничной инфраструктуры? – Деньги приносят гостиницы – да, это первое. Творческие программы, креативный контент – это второе. Сейчас мы поставили цель, чтобы программы окупались в двух–трехлетнем горизонте планирования. Третье: деньги приносят сервисы, и чем больше сервисов ты предлагаешь, тем больше денег зарабатываешь. Эту тему мы тоже сейчас активно развиваем. Строим ферму, чтобы кормить самих себя и поставлять фермерский продукт на внешний рынок под нашим брендом. Опосредованным доходом можно считать и поддержку государством творческих проектов. Кроме того, доход проекта – это деньги спонсоров, парт­неров мероприятий, проходящих на территории «Николы-Ленивца». Компании, заинтересованные в продвижении своего бренда на нашу целевую аудиторию, желающие ассоциироваться с современными культурными течениями, поддерживают наши фестивали на коммерческой основе.

– Какие другие проекты в настоящий момент реализуются «Архполисом»?

– В центре территориальных инициатив три ипостаси: образование, консалтинг и управление проектами. Сейчас мы ведем переговоры с несколькими территориями, с которыми, я думаю, будем сотрудничать в разных форматах. Есть территории в Новой Москве, в Петербурге и Кронштадте. Идут переговоры по территориям на Истре, на Рузе – это больше девелоперские инициативы. Часть этих кейсов впоследствии войдет в образовательную программу: у студентов будет возможность предлагать решения по реально существующим территориям, у которых есть конкретные собственники, конкретная власть, конкретный социально-экономический контекст. То есть задача будет ставиться не в теоретической плоскости, а в практической: нужно будет ножками дойти до проекта, познакомиться с собственником, пообщаться, договориться и т. д. Часть кейсов попадет в наши территориальные мастерские – это то место, где мы разрабатываем контент территорий. Причем степень и глубина проработки кейса в территориальных мастерских очень индивидуальны. Где-то собственник попросил нас сделать концепцию развития территории под фестиваль, где-то мы пойдем дальше и будем реализовывать эту концепцию. Запросы поступают самые разные.

– Кто к вам обращается? Это только частные девелоперы, так называемые ленд-девелоперы? Или администрация тоже может быть заказчиком?

– Заказчики очень разные, в том числе и чиновники. Например, в Кронштадте мы встречались с мэром Терентием Мещеряковым, который хочет по-новому развивать город. В Ярославле мы общались с частными собственниками, которые владеют недвижимостью. Девелоперские компании проявляют к нам интерес; так, сейчас с девелоперами мы обсуждаем проект на территории Новой Москвы.

– Любой частный собственник, даже тот, кто обращается за услугой творческого развития территории, в 100 случаях из 100 хочет свой проект монетизировать. Что вы ему предлагаете?

– Прежде всего мы предлагаем экономическое обоснование развития его территории. Конечно, создается модель развития территории– просчитывается, что на этой территории может лучше пойти: туризм, арт-проект и т. д. Сейчас мы находимся в самом начале пути и пока большую часть времени занимаемся «Николой-Ленивцем». Но параллельно идет процесс переговоров с внешними партнерами: прорабатываем схему взаимодействия с собственниками, оцениваем наши возможности и ресурсы. Конечно, мы не хватаемся за все сразу: в России земель и собственников, желающих адекватно развивать свои территории, намного больше, чем людей, которые могут это делать.

– В рамках «Архполиса» предусмотрена и образовательная функция. В каком виде она будет реализована?

– Образовательную функцию мы видим как эндаумент-фонд – целевой некоммерческий фонд, созданный специально для финансирования образования и наполняемый преимущественно за счет благотворителей-инвесторов. К слову сказать, так работают многие образовательные заведения во всем мире, в России тоже начинают появляться подобные прецеденты. Сегодня мы готовим проект создания в «Николе-Ленивце» культурно-образовательного центра и запускаем программу «Новые лидеры территориального развития» в Москве.

– Идея развивать образовательный проект в рамках «Архполиса» наверняка пришла Вам сразу после того, как возникла необходимость расширять штат, находить компетентных людей…

– Да, когда мы стали развивать проект в Николе, то поняли, что на рынке серьезный дефицит кадров, знаний, умений. Практически нет людей, которые могут посмотреть на развитие территорий по-новому. Кроме того, мы начинали развивать территорию как творческий кластер (архитекторы и художники), но сам проект потребовал гораздо больших компетенций. Получалась уже не просто «поддержка творческих инициатив», а полноценное комплексное освоение территорий в 600 га – с серьезным влиянием на пространство вокруг этой территории. Собственно говоря, отсюда и родилось понимание того, что нужно накапливать какой-то опыт, которым необходимо делиться, который может быть полезен и тем, кто развивает проекты, не связанные с «Николой-Ленивцем», но испытывает недостаток знаний и умений.
Это автономный проект, который базируется в Москве. Программу мы делаем совместно со школой архитектуры МАРШ и школой публичной политики РАНХиГС. Базируемся пока в школе МАРШа, на пространствах Евгения Асса. Со временем, думаю, будет возможна и онлайн-платформа для слушателей из регионов.

– Кто и кому преподает? Как образовательная программа соотносится с деятельностью «Архполиса»?

– Поскольку программа проходит на базе школ МАРШ и РАНХиГСа, то в образовательной программе участвуют педагоги школы, например, Евгений Асс и Игорь Барциц.
Кроме того, у нас преподают многие другие интересные эксперты, например, Юлия Панкратьева, представитель НИиПи Генплана Москвы, самый известный представитель лэнд-арта в России Николай Полисский, профессор London Metropolitan University Марк Бреарли, завкафедрой городского дизайна и регионального планирования технологического института Гданьска Петр Лоренц и др.
Слушатели получают знания о концепциях устойчивого развития территорий, специфике государственного и муниципального управления, государственно-частном партнерстве; основах проектного менеджмента, бюджетирования и инвестиционного анализа; получают информацию о том, как культура и искусство могут быть катализаторами изменения среды.

– Если вы задумали образовательную функцию как эндаумент-фонд, означает ли это, что программа бесплатна для слушателей?

– Создание эндаумента и образовательного центра – это перспектива. При этом эндаумент не означает бесплатного образования. Это форма развития образовательного учреждения, общие затраты которого не могут быть покрыты только платой слушателей. На сегодня нашу образовательную инициативу финансируем мы сами («Архполис»), плата слушателей за текущую программу закрывает лишь часть расходов по ее созданию. Текущая программа рассчитана на 8 месяцев и стоит 240 тыс. рублей.

– Насколько интересно сегодня творческое переосмысление территорий регионам России? Нет ли ощущения, что пока это история исключительно столичная?

– У нас есть ряд намечающихся региональных проектов. В частности, я уже упомянул о Ярославле, Кронштадте, Петербурге. Интерес к подобным инициативам есть, это видно и по вниманию региональных слушателей к образовательной программе. Правда, здесь сложность в том, что не хватает общежитий для иногородних. Это станет предметом нашего разговора с московскими чиновниками в ближайшее время.
Думаю, со временем мы будем активно вовлекать в свои проекты регионы, и в первую очередь речь идет об онлайн-общении слушателей образовательной программы с экспертами в городах, разбор конкретных кейсов с выездом на места. Думаю, активное региональное развитие – дело времени.
Назад





Поиск
Вы ищете:
Искать в:
Подписка на рассылки Impress Media

Введите, пожалуйста, свой e-mail

Email *
Ваше имя